Главная » Статьи » Путешествия в Териберку

"К краю земли -2". Часть 2

07.07.2002.

Подъем. Завтрак. Мы прекрасно отдохнули и высушили Андрея, а потому были готовы двигаться в путь. Море было близко. Мы ждали его появления за каждым поворотом.

Правда, полноценно плыть все же не получалось, довольно часто приходилось спрыгивать в воду и протаскивать катамаран вперед, приподымая его с двух бортов. Невзирая на это, Катю, на таких отмелях сгонять с места мы не решались. Она сидела посреди судна в своем желтом дождевом костюмчике и зеленом москитнике с опущенной на лицо, как вуаль, сеткой и напоминала китайского мандарина на носилках. Мы втроем были носильщиками. Сцена эта получила название - "Катя едет к океану".

Так и ехала, пока на правом берегу вдруг не появился маяк. Поскольку ставить маяк на такой реке смысла мало, мы сделали вывод, что море будет вот-вот. Кстати уже было 08.07.2002. и из за очередного поворота неожиданно на севере, во всей красе открылся океанский горизонт. Небольшой кусочек на выходе из губы Долгой, но это был Океан. Причем следующая за этим горизонтом земля была Аляска.

Я не знаю, куда делась усталость. Может быть, она не уживается в одном месте с радостью. Для нас Юрой это зрелище было знакомо по прошлому году. Катя с Андреем же увидели это впервые. Я задал Кате вопрос, на который для себя ответил уже давно, стоит ли этот момент тех мучений, которые были последние два дня, и услышал ответ на который рассчитывал. "Да, стоит". Все же есть в ней романтика, хотя и всегда пытается ее скрывать, подлая.

Река расширилась, стала немного глубже и довольно быстро вынесла нас на морской берег в самом начале губы. Произошло это 08.07.2002. в 1.11. По правому берегу реки были расположены, заброшенные на вид строения, напоминающие военную базу. Что нам и подтвердили три рыбака, проверявшие здесь сети. Один из них, представившийся нам Николай Тимофеевичем, работал здесь на электроподстанции, которая, не взирая на заброшенность самой базы, функционировала вполне исправно. Правда работала сама на себя. Из его рассказа выяснилось, что дороги, проходящей по всему побережью от п. Териберка на запад, которая нарисована на карте здесь тоже нет. Но есть хорошая тропа идущая от базы к Териберке вдоль линии связи длинной километров десять. У него на подстанции даже есть телефон, правда, большую часть времени не работающий из за возникающих то тут то там обрывов провода.

Пообщавшись с Николаем Тимофеевичем, решили, что пора и дальше двигать. То есть ставить парус и выходить из губы в открытое море, предварительно запасшись пресной водой в реке.

С водой возникли сложности. Дело в том, что начался прилив, и вода в реке стала соленой на очень большой длине. Пришлось с бутылками возвращаться назад, периодически пробуя воду на вкус.

Но вот все готово. Река делает последний поворот, уже в приливной зоне, и выносит нас в море.

Здесь мы и решили остановиться, что бы поставить мачту, парус и руль, а также провести крещение Кати и Андрея Океанской водой. Заставили их попробовать ее на вкус. Катя сделала глоток, страшно скривила лицо и произнесла - "Фу... не вкусно". Андрей пробовал на бис раза три, Юра не как не мог его сфотографировать. За этим, с огромным интересом наблюдал морской котик, вынырнувший метрах в ста от нас.

Шверт решили не ставить, так как ветер был строго попутный, хотя и очень слабый. Знакомый нам с Юрой по прошлому году "Южак". Слабость ветра нас не пугала, мы то знаем, как оно бывает.

Комаров пока было много, но мы надеялись, что, отойдя от берега нас не будут прикрывать от ветра скалы и станет лучше. Так и получилось. Ветер начал усиливаться, парус наполнился и мы полетели. За кормой открылся вид на базу. Грандиозное сооружение с огромным зданием, оказавшимся как выяснилось спустя несколько дней, подстанцией, и двумя маяками в створе.

Летели как на крыльях. Спустя немного времени начали беспокоиться не улететь бы так в открытое море, ветерок становился все сильней. Губа Долгая, длинной 5 км вот-вот должна была закончится.

Берега губы же представляли из себя, сильно изрезанные вертикальные стены, высотой метров двадцать. На высоте метра четыре от уровня моря видна полоса прилива. Да приливы здесь высокие, говорят до шести метров. В стенах этих изредка попадались узкие, напоминающие каньоны, входы в маленькие бухточки, где не было ветра и волнения и где можно было передохнуть. Чем мы и воспользовались.

В этой бухте вода неподвижна, и поэтому сразу становится ясно насколько она прозрачна. Дно видно во всех подробностях. А веслом, даже погрузив в воду руку по плечо, не достать.

В одной из таких бухт, перед самым выходом из губы, мы решили, что пора парус снимать вместе с мачтой. Дальше лучше идти на веслах, не отходя от берега более чем на пару метров. Все же наш прошлогодний опыт пригодился. Хотя я проявлял такие чудеса ловкости, ползая по катамарану с видеокамерой, что Андрей сказал, что с моими обезьянимы способностями мы успеем снять мачту в любой момент.

Идти после выхода из губы мы решили на запад, к "яйцам", до которых было на память, не более километра.

Пройти нам, правда, удалось всего метров двести. Идти дальше при таком ветре с берега было безумие. Чуть дальше от берега отойдешь - унесет, чуть ближе подойдешь - о скалы приложит.

К тому же подвернулся неплохой выход не берег. Решили дальше судьбу не искушать.

Стоянка действительно оказалась классная. Подняв вещи повыше на скалу, где была удобная плоская площадка и затащив туда же катамаран, поставили палатки и поняли, что цель достигнута.

Было 5.51 08.07.2002. Нас ждала, не удавшаяся у нас с Юрой в прошлом году, двойная дневка на берегу Баренцева моря.

Катя тоже не расстраивалась, до "яиц" мы решили прогуляться на следующий день пешком.

Начался праздник. Закончившийся купанием в небольшой ванне размером метров 10 на 15 и глубиной метра три, наполненной, нагретой на солнце, морской водой попадавшей туда, очевидно в прилив. Я нырнул первый. Еле уговорил Катю. Но она все же решилась, и с повизгиваниями рассекала водные просторы стилем "по-собачьи" довольно долго. Купание в самом море, мы с Юрой решили отложить на потом.

Это было класно. Особенно радовало на этом мысу полное отсутствие жизни (понимаете какой).

День у нас опять поменялся местами с ночью. Хотя особой разницы вообщем нету. Потому и проснулись в 21.00.

08.07.2002.

Проснулись от Адрюхиного сообщения, что недалеко от берега всплыла подводная лодка. В живую мы это никогда не видели, потому разглядывали железного тюленя с интересом. Даже на видео поснимали. Юра сфотографировал на свою "смену" с совсем не телеобъективом. Позже, в Москве он всем показывал фотку, где на фоне моря, была еле заметная черная точка, хвастаясь, что это подлодка. Ну, почти как фотографии лунной дорожки, которые все привозят с юга. Черный фон и белая точка посередине. Типа луна.

Лодка, тем временем, подошла совсем близко к берегу, и повернулась к нам боком. Профырчала страшным и громким звуком, как гигантский унитаз, и начала погружаться.

Пока мы наблюдали за ВМФ России ветер потихоньку стих. С северо-запада на нас надвигалась стена тумана. В нем уже исчез о. Кильдин. Через какое-то время туман накрыл и нас. Зрелище потрясающие. С моря движется непроницаемая для взгляда стена, потом она в нескольких метрах от тебя, и вдруг ты оказываешься в молоке. Видимость 3 метра. Ориентируешься только по шуму прибоя.

Уходишь по нужде из лагеря, запоминай точно, в какой он стороне, иначе не найдешь. Катя снова боялась, что потеряется, приходилось все время быть с ней на голосовой связи.

Но мы постепенно пообвыклись или туман слегка рассеялся, и решили, что не пропадать же дню. А не пойти ли нам прогуляться. Решили гулять в сторону "яиц". А дойдем или нет, там видно будет.

Мы с Катькой решили, что необходимо не забыть покопаться в "помойке", рядом с лагерем. Ну не в помойке конечно, а в том, что накидали на берег шторма. Этакая полоса разного барахла, в основном досок и бревен, шириной метров десять и на расстоянии метров сто от берега. Интересно же, а вдруг что ценное вынесло.

Правда, за время нашей прогулки, таких "помоек" нам попалось немерянно.

Ценного там мало, а вот любопытных находок много. Очень много самой разной обуви, от сапог до детских пинеток. Даже нашли на одной горке телегу, целиком, включая колеса, сделанную из пенопласта. Юра подобрал для своего ребенка круг, диаметром сантиметров 20, от рыбацкой сети. Потом в Москве его жена сказала Юре, куда он может себе его одеть.

Да и пляжи покрытые, так называемыми каменными "яйцами", попадаются довольно часто.

В скалах же, чуть дальше от берега, было настоящие каменное безумие. Камни и скалы, настолько разнообразных форм, и ни грамма растительности, что пейзаж очень напоминал лунный. Правда, только с северной стороны горок. С южной же, стороны, под прикрытием от северного ветра, были даже небольшие деревца.

Видели морских котов, плескавшихся у берега. Довольно много.

Так и гуляла туда, налегке, а обратно нагрузившись разнообразными камнями "на память".

В лагере мы еще долго болтали и радовались нашему походу. Трудности на Долгой уже не вспоминались.

Погода же потихоньку портилась, ветер пока не появился, но начался дождь. Да и туман начал исчезать. Накрыли палатки тентами, там же под тентом я разжег примус и пытался приготовить ужин, придерживая тент так, чтобы вода не капала на примус. Одновременно с другой стороны палатки Юра пытался получше натянуть тот же тент. Так мы и тянули его друг на друга, Юра оказался сильней. Вся скопившаяся в тенте вода обрушилась на меня. Выслушав в свой адрес некоторые слова Юра обиделся. Ну Юрик, прости меня, я же не со зла, язык мой враг мой.

В это время глазастый Андрей углядел в море, прямо у берега, какие то огромные тела с плавниками. Метров по десять каждое. Касатки. Даже сняли их на камеру. Красота.

На горизонте появилась еще одна подлодка, уже совсем современная, и прошла на запад в сторону Мурманска. Через день она же прошла обратно на восток. "Наверное, за зарплатой ездили" подумалось нам.

10.07.2002.

6.13 по Москве. Ветер переменил направление на северо-восточное. Начало штормить. Мы как раз только поужинали и собирались спать. Но надо было думать, что делать дальше. Шторм усиливался. Ждать, что завтра он кончится, или идти сейчас. Если завтра шторм усилится, то нам придется идти в Долгую по берегу. А это пять км по скалам. А время до отъезда уже не так много.

Решили, вместо "спать", паковать вещи, ставить на воду кат, и пока волны позволяют, идти в Долгую. Дойти по такому морю до Териберки у нас, скорее всего бы не получилось. Сильнейший встречный ветер и волна высотой метра три, правда, пологая. Но над отмелями на волнах уже были барашки.

Я отношусь к морю с уважением, но без страха. Андрей тоже не особо переживал. Да и штормом назвать это можно только со страху. Тем не менее, Катя и Юра побаивались. Причем сильно. Как только отошли от стоянки, стало ясно, что до Териберки по воде мы не дойдем. Двести метров до входа в губу Долгую Мы прошли с огромным трудом. О том, что у нас есть парус и шверт, я даже на заикался. Катя с Юрой меня бы утопили.

Вошли в губу. Устали прилично, грести то против ветра. Катя была уже никакая, сидела с закрытыми глазами. Мало того, что устала, еще и укачало. На восточном берегу губы был небольшой каменистый пляжик, где, как нам показалось можно было передохнуть, к тому же спрятаться за скалы от ветра. Подошли. Камни диаметром по два метра, к берегу не пристать. Зацепились за выступающий из воды булыжник в двадцати метрах от берега, и я сказал "приехали". Катя, не открывая глаз начала слазить на "берег". Еле поймали эту зомби.

Чем дальше мы заходили в глубь губы, тем легче было грести. Так и добрались к 17.00 10.07.2002 до берега, от которого отчалили два дня назад.

На берегу нас встречал Николай Тимофеевич.

Юра и Андрей пошли на разведку по поводу тропы. Я разговаривал с встречающим. Выяснилось, что через пару часов ожидается катер из Лодейного, то есть почти из Териберки, который что то привезет на подстанцию и сразу уйдет обратно. При помощи Кати катамаран был разобран и упакован примерно за час.

Вернулись разведчики и сообщили, что тропу они почти нашли. Наше же известие о катере было принято с восторгом. Кто же знал, что это подстава, и никакого катера не будет.

Прождав его часа три, причем вместе с Тимофеечем, мы начали ставить палатки и готовить ужин, еще один за этот день. Примус сдох. С хозяина подстанции мы взяли слово, что если катер вдруг появится, он нас разбудит. А соберемся мы за 10 минут.

11.07.2002.

Пришло утро. Не наше утро, а нормальное человеческое утро. Никаких катеров естественно не было. Попытались приготовить завтрак. Но подлый примус сдох окончательно. Я и Юра решили сходить к деду на подстанцию и попросить кипятка в термосы. Хоть чаю попить, а то жрать хотелось зверски. Заодно расспросить по поводу тропы.

Николай Тимофеевич открыл нам дверь в сопровождении двух лаек. Пригласил внутрь, приготовил целую кастрюлю кипятка и накормил нас бутербродами с маслом. Только скромность не позволила мне схватить всю буханку хлеба, этого потрясающего воздушного белого хлеба, и коробку сливочного масла и отправить в рот одним мгновенным броском.

Наполнив термоса и глотая слюни при воспоминаниях о еде, мы с Юрой двинули на берег, к лагерю.

Люди не верили нам, когда мы рассказывали о бутербродах. Катя несколько раз, глотая слюни и находясь на грани обморока, переспросила меня:

"А вы хлеб ели прям с настоящим маслом!?".

Как мне было ее жалко.

Но вот лагерь собран, вещи упакованы и нам предстоят 10 км пешки по горам до поселка. Как сказал дед, он с рюкзаком за два часа не спеша, добегает.

Насколько известно, если военная база действующая, то на нее практически невозможно попасть. Как мы убедились, если же база заброшена, с нее практически невозможно выйти. Мы пытались найти тропу примерно часа три, обошли эту чертову базу вдоль и поперек, тропы не было. Точнее троп было много, но все они либо упирались в болото, либо выводили нас обратно к подстанции. За время нашего блуждания под рюкзаками, мы периодически натыкались на Николая Тимофеевича. При второй нашей встрече, он показал нам, в каком направлении идти. При третьей встрече, он не только показал направление, но и подробно объяснил где и как поворачивать. Выйдя к подстанции в четвертый раз, мы поняли, что еще одной встречи с нами этот пожилой человек скоре всего не переживет, и потому поперли к видневшейся вдалеке на холме линии связи напрямую через болото. Наконец то нашли эту, блин, тропу. Но нам предстояла еще вторая ходка за катамараном и рамой. Для этого надо было вернуться к побережью. Так что дед Николай все же не избежал четвертой встречи с нами. Мне кажется он решил, что мы все просто законченные идиоты. В принципе недалеко от истины.

 

"Путевые заметки марш-броска "губа Долгая – п. Лодейное”.

 

"Тропа, широкая и удобная. Красивые горы вокруг. И даже комары достают не очень сильно. Не очень приятно делать вторую ходку, вроде прошел прилично, а надо идти обратно”

 

Несколько часов спустя ...

 

"Тропа кошмарная, криволесье, рама не пролазит. Горы поперек тропы, вверх тяжело, вниз неудобно. Комары садисты. На вторую ходку как на подвиг”

 

Еще несколько часов спустя…

 

"Вырезано цензурой”

 

Попытки соотнести ландшафт с картой привели к полной депрессии на основе вывода, что прошли мы похоже всего километра полтора. Начинают одолевать сомнения, а не шутник ли дедушка Тимофеич. Правда в чем шутка пока не ясно, так как идем вроде правильно, но расстояние до Лодейного как то не убывает.

При переходе через локальное болото по бревнышку Андрей поскальзывается и ныряет плашмя спиной прямо в грязь, причем ноги остаются лежать на том самом бревнышке. А гвоздь длинной сантиметров тридцать, торчащий из другого бревнышка, скрытого водой и грязью, вылазит у него точнехонько между ног. Повезло. Остался цел и пошел к ближайшему озеру мыться. Это было его не последнее падение. Мылся он после каждого.

Кстати тяжелее всего нести раму. Делать это надо вдвоем, и это не столько тяжело, сколько неудобно. Потому, возвращаясь на вторую ходку, мы менялись грузом по кругу. Сейчас я несу кат. Следующие две ходки – раму. Катя остается с первой партией вещей.

Тропа примерно 50 на 50. Если повыше то ничего, а в низинках по болоту. Если бы не комары было бы терпимо. Вообще, примерно через часов десять пути, мы все чаще начали задумываться с какой скоростью бегает дед Николай, если он добегает до Лодейного за пару часов. А не бывший ли он чемпион мира по легкой атлетике.

Идти уже порядком надоело. Кажется, что вот за следующим перевалом будет поселок. Поднимаемся на седловину, а там понижение и вид на следующий перевал. И так постоянно.

На каком то там часу устроили большой привал. Доели все, что оставалось, то есть сгущенку и сухарные крошки. Сил вроде прибавилось.

В прошлом году мы с Юрой, идя к морю, на второй день шли пятнадцать часов. Это наш личный рекорд. Наверное в этом году он будет побит.

Но вот очередное болото. Через него идет явная тропа местами выложенная досточками (кстати сейчас, когда я печатаю этот текст, WORD упорно предлагает заменить слово "досточками” на слово "косточками” – как будто знает что практически так чуть не вышло). Некоторые из этих досточек идти помогают, а некоторые удачно маскируют глубокие места. Наступаешь, и ты уже по колено в жиже. К тому же лежат они достаточно редко. Прыгаю с одной на другую, пока не попадаю на неустойчивую, как говорят "живую”. За мной прыгает Катя. Я, придавив эту доску ногой, показываю Кате, куда не надо наступать. Вместо того, чтобы наступить рядом, Катя изготавливается и совершает прыжок на, расположенную довольно далеко кочку. Прыгнула по жабьи. Не долетела. И приземлилась по жабьи, на четыре конечность. Сидит по локоть и по колено в болоте и ржет. Это было что-то. Теперь при словах "Прыжок жабы” мы сразу вспоминаем это болото.

Но вдруг за очередным перевалом показался дом. Это было Лодейное. Спустились к поселку, встали на окраине, и пошли за катамараном на вторую ходку. Это была самая тяжелая вторая ходка в моей жизни. Рекорд побит – мы шли семнадцать часов. Сейчас было примерно пять утра. Катя держалась молодцом. Но когда мы начали ставить палатки на окраине Лодейного и во всем поселке залаяли собаки, ее прорвало. Катя обвинила нас в том, что мы не даем спать всему городу.

А город собственно и не спал. Город в лице пьяной молодежи гулял по улицам, ездил на мотоциклах и вообще вел себя не очень тихо. Так, что Катя успокоилась и смирилась с неизбежностью ночевки в этом месте.

Особо хотелось бы отметить, что палатки мы поставили буквально в паре метров от чьего-то огорода. Где-то к семи утра к нам в лагерь прибыл с официальным визитом сам хозяин этого огорода с правомерным интересом – "а кто это поставил палатки у меня за баней?”. В состав делегации помимо хозяина входила огромных размеров кавказская овчарка. Я, грешным делом, подумал, что сейчас начнется акт вымогательства арендной платы за землю в спиртовом эквиваленте. Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что мужик пришел со своей бутылкой, и даже со своей закуской. Ну не любят спать местные жители летом. Оказалось, что этот товарищ (кстати местный главный энергетик) только что приехал с рыбалки и ему просто охота пообщаться. Общался с ним в основном я. Андрей вырубился задолго до его прихода, а Юра выдержал примерно полчаса. Катя сидела в палатке и боялась собаку, которую звали Даша.

Я терпел, хотя спать хотел ужасно. Услышал много интересного. О местности и о Даше. Даша недавно погрызла какого то капитана, после чего он вернулся с ружьем и застрелил с перепугу другую собаку. Даша получила внушение от хозяина – "Даша нельзя кусать капитана”. После этого рассказа Катя забилась в спальник и сидела тише воды ниже травы. Я с Дашкой сразу нашел общий язык, на почве ненависти к комарам. Они ее могли прокусить только в нос, откуда я их все время сгонял. А она отгоняла их от меня хвостом. Посмотрел баню, получил в подарок сало и семгу. А также заверение в том, что если машина за нами не приедет, то найти транспорт здесь практически нереально. В прошлом году нам с Юрой крупно повезло с УАЗиком и мы это знали. Правда мужик пообещал, что если с машиной выйдет облом, он отвезет нас к развилке на Туманный, где найти машину проще. Примерно в девять утра наш хозяин понял, что я сейчас умру. Да и выпито было не мало. Одну он принес с собой, другую отобрал у шедшей купаться компании молодежи. "Отобрал” правда не совсем точное слово, скорее попросил, но они отдали. Видимо он здесь в большом авторитете. Так вот он пошел спать. Я тоже. Как был в зимнем камуфляже залез в спальник и вырубился, поставив будильник на десять утра, чтобы к одиннадцати быть на мосту к п. Териберка в пяти километрах от нас, где мы договорились встретиться с водителем FORDа. Правда в то, что он приедет никто не верил.

 

12.07.2002.

Звук будильника – это самый ужасный звук на земле. Я лежал в спальнике поверх камуфляжа. На улице было примерно тридцать градусов жары. Мой нос был полностью залеплен трупами комаров. Как я не помер не знаю. Как сказала Катя, она очень боялась, что у меня остановится сердце. К счастью оно выдержало, хотя чуть не разорвалось от будильника. Попытки отправить на мост Юру или Андрея не привели к успеху. Пришлось собрать все мужество в кулак, побороть усталость, недосып и тяжелейшее похмелье, и шкандыбать на точку встречи самому. (Юра я тебя тогда так ненавидел).

На мост я вышел ровно в одиннадцать ноль-ноль. Машины не было.

Я на нее не очень и рассчитывал но все равно в глубине души очень надеялся. Потусовавшись минут пять решил прогуляться к КПП. Но вдруг, о чудо, на дороге показался красный FORD, наш FORD. В салоне помимо водителя сидел пограничник. Оказалось, что доблестные погранцы уже час не пускали нашего водителя в поселок, у них, видите ли, начальство приехало с проверкой. Пустили только с сопровождением. Я подсел в машину, и мы все вернулись на КПП договариваться, что бы машину пустили в Лодейное для погрузки. Человеческого (в смысле русского) языка воины собаки и бинокля не понимали. Точнее понимали но плохо, один ингуш второй осетинец. Последний еще ничего, а ингуш – полная клиника. Записать в журнале цель поездки - туризм, это простое слово "туризм” он смог правильно только с четвертой попытки, причем все четыре попытки я диктовал это ему по буквам. Короче пускать не хотели, пришлось махать ксивой. Увидев название конторы и звание "капитан” (у них командир заставы лейтенант), напряглись и спросили, что мы тут проверяем. Ответил что их и проверяем. Шутку не поняли, но быстро позвонили начальству, которое слегка удивившись, разрешило проехать на пятнадцать минут. Ну формальности соблюдены, все показали свою силу. Мы - что можем проехать, они - что не больше чем на пятнадцать минут. А где пятнадцать, там и тридцать.

Ребята сказали, что не поверили своим глазам когда увидели машину. Погрузились и поехали. Я практически сразу вырубился. Уже на вокзале нас в очередной раз повеселила Катя, демонстрируя обутые в кроссовки ноги с надетыми вместо носков полиэтиленовыми пакетами. Бомжара. Все в пыли, грязные, но довольные. Расположились в зале ожидания. До поезда еще полдня. Юра спал на чехле с катамараном, из карманов на пол высыпалось все, что было, рядом лежала панамка. Вид его был так жалок, что беженцы в Москве бы обзавидовались. По моему к вечеру, мелких монет у него стало намного больше.

Я периодически отмечался в буфете. Буфет в Мурманске – супер.

Но вот и наш поезд. Будим Юру и в вагон. Поход закончился. Дома мы были 14.07.2002. То есть ровно десять месяцев назад.

14.05.2003 16.42



Источник: http://www.nordtur.narod.ru/teriberka2002.htm
Категория: Путешествия в Териберку | Добавил: kustic (14.06.2011)
Просмотров: 394 | Теги: Кольский, сопки, Териберка, Баренцево море, туризм, Тундра | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Форма входа


Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 86
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Locations of visitors to this page